Оригинал взят у
anna_earwen в Наше все
Ровно сто двадцать лет назад в Блюмфонтейне родился мальчик, такой беленький и голубоглазый, что негритянка, прислуживающая в доме, выкрала его однажды утром, чтобы вернуть тем же вечером к великой радости родителей. На возмущенные расспросы она неловко ответила, что носила младенца к себе в деревню - показать, ибо ни один человек в деревне никогда раньше не видел столь прекрасное дитя. Мальчика звали Джон Рональд Руэл Толкиен.
Мы проезжали Блюмфонтейн в незапамятном 2007 году, по пути из Кейп-Тауна в Преторию. Ныне это постылый захолустный городок с большим стадионом и пыльными обочинами, где мы останавливались, окликая прохожих: "Простите, вы не знаете, где дом, в котором родился Толкиен?" - "Кто?" - "Толкиен!" - "..." - "Властелин Колец?" - "А! Это то, что в кино?" - "Ага!" - "А что, режиссер тут родился?!" - "..."
Информационный киоск оказался заперт (спасибо, что не заколочен), но мы нашли-таки следы JRRT - не помню, как - голос сердца привел, не иначе. На витиеватой калитке одного английского домика нашлась уютная овальная табличка, гласившая: "HOBBIT Boutique Hotel". Не слишком смутившись странным сочетанием слов, мы вломились в дом, предварительно вытерев ноги о половичок. Дом оказался частной гостиницей в шесть комнат. Нас встретил хозяин: длинноволосый высокий мужчина с рассеянным взглядом, добрым смехом и хорошими манерами - этакий стареющий эльф, пропустивший последний корабль; законный председатель местной ассоциации толкинистов (о да: граф был единственным участником одного тайного общества (с)) Он рассказал, что дом Толкиенов не сохранился, зато стоит и поныне протестантская церковь, где они молились, а на местном кладбище, где больше не хоронят - могила Артура Руэла - Толкиена-отца. Мы еще поболтали немного, согласились в нелестной оценке ПиДжеевского творчества, прошлись по викториански обставленным комнатам (на двери каждой - табличка с именем, вышитым крестиком: Леголас, Гимли, Фродо, Арвен...), и устремились на кладбище - снять шляпы.
Над кладбищем парили каменные ангелы с отколовшимися головами. Небольшие ангельские головы смотрели вполоборота из травы, как спелые яблоки. Мы долго бродили по дорожкам из неубранных листьев, читая имена английских офицеров, павших во времена англо-бурской. Наконец, нашлась могила Артура - единственная на всем пустынном кладбище, еще вызывающая у живых хоть какой-то интерес: красиво выложенная белыми камнями, с букетом чуть подвявших, но не совсем еще мертвых цветов.
А потом мы сидели в захолустном кафе с видом на местную достопримечательность - городской пруд, в котором плавали три тощих утки - и долго-долго ждали кофе, разрываясь от неразделенности тайного знания, которому дóлжно быть явным, и невнятной обиды на землю, которая вот так просто - забывает. Потому что эльфы ушли.
Но Толкиен жив. И жив Фродо. Because the road goes ever on and on.
( Happy birthday, Professor! )Мы проезжали Блюмфонтейн в незапамятном 2007 году, по пути из Кейп-Тауна в Преторию. Ныне это постылый захолустный городок с большим стадионом и пыльными обочинами, где мы останавливались, окликая прохожих: "Простите, вы не знаете, где дом, в котором родился Толкиен?" - "Кто?" - "Толкиен!" - "..." - "Властелин Колец?" - "А! Это то, что в кино?" - "Ага!" - "А что, режиссер тут родился?!" - "..."
Информационный киоск оказался заперт (спасибо, что не заколочен), но мы нашли-таки следы JRRT - не помню, как - голос сердца привел, не иначе. На витиеватой калитке одного английского домика нашлась уютная овальная табличка, гласившая: "HOBBIT Boutique Hotel". Не слишком смутившись странным сочетанием слов, мы вломились в дом, предварительно вытерев ноги о половичок. Дом оказался частной гостиницей в шесть комнат. Нас встретил хозяин: длинноволосый высокий мужчина с рассеянным взглядом, добрым смехом и хорошими манерами - этакий стареющий эльф, пропустивший последний корабль; законный председатель местной ассоциации толкинистов (о да: граф был единственным участником одного тайного общества (с)) Он рассказал, что дом Толкиенов не сохранился, зато стоит и поныне протестантская церковь, где они молились, а на местном кладбище, где больше не хоронят - могила Артура Руэла - Толкиена-отца. Мы еще поболтали немного, согласились в нелестной оценке ПиДжеевского творчества, прошлись по викториански обставленным комнатам (на двери каждой - табличка с именем, вышитым крестиком: Леголас, Гимли, Фродо, Арвен...), и устремились на кладбище - снять шляпы.
Над кладбищем парили каменные ангелы с отколовшимися головами. Небольшие ангельские головы смотрели вполоборота из травы, как спелые яблоки. Мы долго бродили по дорожкам из неубранных листьев, читая имена английских офицеров, павших во времена англо-бурской. Наконец, нашлась могила Артура - единственная на всем пустынном кладбище, еще вызывающая у живых хоть какой-то интерес: красиво выложенная белыми камнями, с букетом чуть подвявших, но не совсем еще мертвых цветов.
А потом мы сидели в захолустном кафе с видом на местную достопримечательность - городской пруд, в котором плавали три тощих утки - и долго-долго ждали кофе, разрываясь от неразделенности тайного знания, которому дóлжно быть явным, и невнятной обиды на землю, которая вот так просто - забывает. Потому что эльфы ушли.
Но Толкиен жив. И жив Фродо. Because the road goes ever on and on.
