Тексты солнечного "сапога"
Jan. 24th, 2010 11:45 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
elvenroad Koчан капусты
Старик: Эй, старуха! Смотри, сколько я рыбы наловил! Ставь котелок на огонь, будем уху варить.
Старуха: Каждый день рыба да рыба! Как же она мне надоела. До смерти мне капустки хочется.
Старик: Не дури, жена! Есть рыба, и то хорошо.
Старуха: Ну, ладно, поедим и сегодня рыбы…
Старик: Мне и самому капустки до смерти хочется...
Старуха: А где ее взять! Был бы у нас огород... Вон у соседки какие кочаны на грядках сидят, большие да круглые, что поросята!
Старик: Так то у соседки! А море не огород, его не вспашешь, волны—не грядки, их не засеешь. Э, да что с тобой говорить! Пойду сети на просушку развешивать. (Старуха и старик уходят. Старик появляется).
Жалко мне мою старуху. Хоть бы раз ее капусткой побаловать. А не забраться ли мне в соседский огород? Вечер темный, кто меня там увидит…
(Уходит. Появляется старуха).
Старуха: Жалко мне моего старика. Хоть бы раз его капусткой побаловать. У соседки капуста хороша уродилась. Одним кочаном меньше, она и не заметит.
(Уходит. Потом оба снова появляются).
Старик: Я из-за тебя чуть со стыда не умер! Капусты ей, видишь, захотелось! А я, старый дурак, и отправился в чужой огород за капустой. Нагнулся кочан сорвать, гляжу—женщина над грядкой наклонилась, не иначе как хозяйка. Пустился я назад, едва меня ноги домой принесли. И все ты виновата!
Старуха: Я же у него и виновата! Да я сама от страха опомниться не могу. Зашла я в соседский огород для тебя кочан срезать, гляжу—мужчина на грядке копошится, не иначе как хозяин. Я бежать... До сих пор ноги подгибаются.
(Входит соседка).
Соседка: Каждый день у нас капуста да капуста. До смерти нам
с мужем рыбы захотелось. Не дадите ли нам на уху?
Старик: Бери, бери, сегодня хорошая макрель уловилась!
(Даёт ей рыбу).
Соседка: Не обидьте и вы нас. Принесла я вам капустки, самый лучший кочан выбрала. (Даёт им кочан капусты и уходит).
Старик: Постой, постой, жена! Ты с какой стороны зашла на огород?
Старуха: С левой.
Старик: Ну, значит, нам обоим стыд старые глаза застлал. Я-то на чужой огород справа заходил. Вот и не узнали мы друг друга. Только страху натерпелись. А чего бы проще — пойти попросить капустки. Соседка-то умнее нас оказалась!
Новая юбка
Жена: Бедная я, несчастная! Всего одна у меня юбка, драная-предраная, ношеная-переношеная.
Муж: А ты ещё одну заплатку поставь, глядишь – и ещё послужит юбка.
Жена: Да уж и так я целыми днями только и делаю, что заплатки на неё ставлю. За заплатками уже и юбки не видно. Посмотри - опять дыра на юбке! И залатать нечем.
Муж: Ну, хорошо, хоть и живём мы бедно, попробую я что-нибудь сделать.
(Оба скрываются. Потом появляется муж).
Муж: Эй, жена! Погляди-ка, что я тебе принёс! Весь заработок потратил, но купил тебе новую юбку.
(Появляется жена).
Жена: Хоть без ужина, да с обновкой!!! (Целует мужа, танцует от радости).
Муж: Ну, теперь ляжем спать, когда спишь, меньше есть хочется.
(Засыпает).
Жена: Ты спи, а я за работу примусь…
(Утро. Просыпается муж. Видит – новая юбка вся на куски изрезана, на старую юбку жена новых заплат наставила).
Муж: Что это ты наделала!!!
Жена: Спасибо тебе, муженек, все прорехи я починила да ещё вон сколько кусков осталось, на целый год хватит.
(Муж гоняется за женой и обзывает её распоследней дурой).
Буйвол и барабан
Первый шут: Эй, кум, давненько мы с тобой не виделись!
Второй шут: Как ты жил, что поделывал?
Первый шут: За это время случилось мне побывать в Неаполе.
Второй шут: Хороший город!
Первый шут: Столько я в пути всякого насмотрелся, что и удивляться перестал. А один раз все-таки удивился. Шел я, шел по дороге, вдруг вижу - барабан. Огромный-преогромный! Я его едва за три дня кругом обошел. А на барабане выстроена деревня. Когда жители этой деревни выгоняют скот на пастбище, копыта коров такую дробь выбивают, что на пятьсот миль слышно.
Второй шут: Бывает. Кое-что и я повидал. Сам знаешь, я заправский охотник. Дичи перестрелял—и не сосчитать. А однажды случилось мне убить буйвола. Вот это был буйвол! Передние его копыта упирались в вершину одной горы, а задними он стоял на другой горе. Вместо травы этот буйвол жевал вековые деревья со всеми сучьями и корнями...
Первый шут: Ну! Уж это ты приврал. Не может быть такого буйвола.
Второй шут: Как так не может быть! Ведь барабан, о котором ты рассказывал, как раз и сделан из шкуры этого буйвола.
Шестеро братьев
Первый Шут: Здравствуйте, почтеннейшая публика!
Второй Шут: Расскажем мы вам сегодня сказку!
Первый Шут: Правдивую.
Второй Шут: Да мы других и не знаем. Ну, слушайте. (первому шуту) Давай, начинай!
Первый Шут: У одного отца было шестеро сыновей.
Второй Шут: Пять глупых, а шестой дурак. Отец на них нарадоваться не мог.
Первый Шут: Вот однажды отец говорит: — Пойдите в город, купите, что понравится. Пошли братья в город. Зашли в лавку. Стали покупать.
Второй Шут: Пятеро братьев купили ружья без ствола, а шестой — без дула.
Первый Шут: Повесили ружья на плечо, пошли назад. Вдруг откуда ни возьмись бегут им навстречу шесть зайцев.
Второй Шут: У пяти зайцев ушки на макушке, а у шестого торчком.
Первый Шут: Завидев братьев, пять зайцев помчались прочь…
Второй Шут: … а шестой пустился наутек.
Первый Шут: Братья мигом вскинули ружья и прицелились.
Второй Шут: Пятеро закрыли глаза, а шестой зажмурился.
Первый Шут: Выпалили все, как один…
Второй Шут: … только пятеро промахнулись, а шестой не попал.
Первый Шут: Тогда братья бросились за зайцами вдогонку.
Второй Шут: Пятерых схватили, а шестого поймали. Вот так удача!
Первый Шут: Пришли домой. Решили зайцев…
Второй Шут: … в наперстке варить. Пять зайцев в наперстке не помещаются, а шестой не влезает.
Первый Шут: Отец сказал: «Сходите к соседям, попросите шесть кастрюль, чтобы всех зайцев сварить разом. Пошли братья к соседям.
Второй Шут: Пятеро соседей были скупые, а шестой жадный.
Первый Шут: Дали соседи что кому не жалко.
Второй Шут: Пять кастрюль дырявых, а одну без дна.
Первый Шут: Принесли братья кастрюли домой и поставили зайцев варить.
Второй Шут: Под пятью кастрюлями огонь забыли развести, а под шестой и не разжигали.
Первый Шут: Варились зайцы, варились.
Второй Шут: Пять не сварились, а шестой остался сырым.
Первый Шут: Стали зайцев есть.
Второй Шут: Пятеро братьев разжевать не могут, а шестому и не откусить.
Первый Шут: Принялись братья отца угощать.
Второй Шут: Отец пять зайцев съел, шестым подавился.
Первый Шут: Привели братья шесть докторов.
Второй Шут: Пять докторов невежды, а шестой и совсем ничего не знает.
Первый Шут: Осмотрели доктора отца и заспорили.
Второй Шут: Пятеро сказали, что он нездоров, а шестой, что болен.
Первый Шут: А чем же дело кончилось?
Второй Шут: Пока неизвестно. Доктора еще спорят. Вот как придут к согласию, тогда и дальше можно рассказывать.
Ответ папы римского
Первый шут: Здорово, кум!
Второй шут: Здорово!
Первый шут: Как живёшь?
Второй шут: Да не очень… Соседи дураком меня всё время обзывают.
Первый шут: Как? И тебя тоже? Какое совпадение…
Второй шут: Да только я ведь не дурак!
Первый шут: Так и я ж не дурак на самом деле…
Второй шут: Ну, соседи-то называют… А вдруг мы и вправду дураки?
Первый шут: Надо бы спросить у кого-нибудь!
Второй шут: У кого?
Первый шут: Да вот хоть у судьи давай спросим.
Второй шут: Э, нет. К судье я не пойду. Примерно этак с месяц назад я подал жалобу на соседа за то, что тот избил меня палкой. А судья вместо того, чтобы наказать этого негодяя, обозвал меня дураком и прогнал прочь.
Первый шут: А за что тебя бил сосед?
Второй шут: Не знаю. Это, видишь ли, мне приснилось. Я только хотел соседа спросить, за что он меня колотит, да в эту минуту проснулся. Пойдем-ка мы лучше к лавочнику. Про него говорят, будто он так умен, что самого черта перехитрит.
Первый шут: Э, к лавочнику я не пойду. Прошлое воскресенье захотел я купить себе башмаки. Дал мне лавочник башмаки. Поглядел я, они разные: у одного носок в одну сторону смотрит, а у другого - в другую. Нет, думаю, меня не проведешь. И попросил у него два одинаковых башмака. Тут лавочник говорит: «Если тебе вздумалось два левых носить, так плати и за два правых. А не хочешь, пошел вон, дурак», ну, я и пошел.
Второй шут: Что же нам делать?
Первый шут: Постой-ка! Падре в церкви говорил, что Папа римский никогда не ошибается. Давай у него и спросим!
Второй шут: Отлично придумано, кум!
(Те же и Папа).
Первый шут: Пресвятой папа, рассуди ты нас с соседями. Прозвали нас дураками, а мы не верим. Если мы и вправду дураки,— значит, дураки, а если не дураки, так вели соседям называть нас умными.
Папа: Ну что ж, рассужу. Только ты мне скажи, за что тебя в первый раз назвали дураком.
Первый шут: А вот за что. Лет пять тому назад послала меня утром мать за водой. Взял я ведро, пришел к ручью и стал наливать воду палкой. Окуну палку — стряхну капельку, окуну палку — стряхну капельку. До самого вечера набирал воду, а ведро все еще не полное. Тут прибежала мать и изругала меня дураком. Ну, а соседи и услыхали. С тех пор и пошло: дурак да дурак! А что же мне было — пальцем наливать? Да я бы его в холодной воде совсем заморозил.
Папа: А тебя за что в первый раз дураком назвали?
Второй шут: Э, такой пустяк и вспоминать неохота. Послала меня бабушка в погреб за кувшином молока. Отправился я, да дверца там оказалась низкая. Весь прохожу, а голова не проходит. Я попросил бабушку двери в погребе повыше сделать. А она вместо этого обозвала меня дураком. С того и пошло.
(Папа даёт дуракам шкатулку).
Папа: Вот вам мой ответ. Не заглядывайте в шкатулку, пока не вернетесь домой. Но знайте: если упустите ответ—значит, вы последние дураки.
(Все уходят. Дураки снова появляются).
Первый шут: Тааак, сейчас посмотрим!
Второй шут: Если выскочит, лови его скорей!
(Дураки открывают шкатулку, что-то непонятное выскакивает, они пытаются это поймать, но не преуспевают).
Первый шут: Слушай-ка, какой же это ответ? Это, кажется, мышь.
Второй шут: Мышь? Вот уж не знаю. Я никогда мыши не видал. А ты?
Первый шут: Я видал. Она маленькая, серенькая, с хвостиком и сзади у нее кошка.
Второй шут: А тут маленькое было, серенькое было и хвостик был. А кошки не было. Выходит, это не мышь.
Первый шут: Ничего не поделаешь. Упустили мы ответ папы римского.
Второй шут: Значит, мы и вправду дураки.
Как монах спасал свои уши
Жена: Послушай, до каких пор это будет продолжаться! Стоит мне приготовить что-нибудь повкуснее, как ты выскакиваешь на улицу и тащишь первого попавшегося прохожего за стол.
Муж: Такой уж я человек. Без разговоров и шуток мне кусок в горло не лезет.
Жена: А мне от обеда только обглоданные косточки достаются. Одними шутками сыт не будешь!
Муж: Дорогая женушка, разве я виноват, что ты такая хорошая хозяйка? Мне всему свету хочется показать, как ты чудесно стряпаешь.
Жена: (доставая клетку с птичками) Сегодня, пожалуйста, никого не зови. Перепелов только два, как раз нам с тобой. Сейчас я их распотрошу, наточи мне нож поострее.
Муж: Хорошо, женушка, будь по-твоему, никого не позову.
(Муж уходит. Возвращается с монахом).
Займи, женушка, падре достойной беседой, пока я доточу нож.
(Снова уходит).
Жена: Ах, падре, страшно и подумать, что сейчас вы лишитесь лучшего вашего украшения. Вы знаете, зачем этот злодей точит нож? Он зазывает невинных людей в дом, отрезает им уши, жарит и ест.
(Монах в ужасе убегает).
Муж: Что с ним случилось?
Жена: С ним-то ничего не случилось, зато перепела наши улетели. Унес их с собой монах, даже спасибо не сказал.
(Муж бросается догонять монаха).
Муж: Эй, падре, разве это по-честному! Зачем тебе одному два? Отдай хоть штучку!
Монах: Не отдам! Они мне самому нужны!
Муж: Послушай, падре, я помирюсь хоть на половинке!
(Муж возвращается к жене).
Жена: Зажарю-ка я перепелов и съем всё одна, до последней косточки!
Муж: С тех пор я зову к обеду только добрых друзей, да и то по праздникам.
Эй, вводи лошадь!
(Появляются молодожёны – Розина и Петруччо)
Петруччо: Теперь мы с тобой, Розина, хорошо заживем! Я буду работать, ты хозяйничать. Работы я не боюсь. Хоть с рассвета до темна прикажи мне лошадь погонять — и то ничего. Но уж зато как приеду домой-баста! Все остальное твое дело. Только остановлю повозку у ворот да крикну: «Эй, вводи лошадь!»—ты скорее выбегай.
Розина: Вот еще! Стану я с лошадью возиться.
Петруччо: Как же с ней не возиться, ведь ее распрячь, накормить, напоить нужно! Так вот, только я крикну: «Эй, вводи лошадь!..»
Розина: Да говорю тебе, что я к лошади и не притронусь. Не этому меня в доме у отца с матерью обучали.
Петруччо: Ты не беспокойся, я тебя всему обучу. Введешь ты во двор лошадь.
Розина: Не введу!
Петруччо: То есть как это не введешь, если я крикнул: «Эй, вводи!..»
Розина: Ты крикнешь, а я ни с места.
Петруччо: Ох, Розина, не серди меня, лучше введи лошадь.
Розина: Не введу!
Петруччо: Вводи сейчас же!
Розина: Не введу!
(Прибегает сосед).
Сосед: Что это у вас делается? Из-за чего спор?
Петруччо: Да вот жена не хочет мне помогать. Я ей говорю: «Введи лошадь», а она говорит: «Не введу...»
Сосед: И не стыдно вам из-за этого ссориться? Давайте я введу вашу лошадь. Где она у тебя?
Петруччо: Да видите ли, пока еще лошади у нас нет. Я ее только собираюсь купить. (жене): Вводи!
Розина: Не введу!
Как Кортезе заплатил за обед
Кортезе: Отличная траттория! Неплохо бы здесь перекусить.
Хозяин: Проходите, синьор, проходите! Что будете заказывать?
Кортезе: Пожалуй, принесите мне… спагетти, голубей в соусе, жареного поросенка, бутылку белого вина и бутылку красного вина.
Хозяин: Будет исполнено, уважаемый синьор!
(Хозяин уходит, Кортезе нюхает табак, чихает. Хозяин приносит сковородку с яичницей и кружку чего-то непонятного. Кортезе всё съедает и выпивает).
Кортезе: Эй, хозяин!
Хозяин: Чего ещё изволите?
Кортезе: Не знаешь ли, любезный, какие порядки в ваших краях? Если один человек даст другому хорошую затрещину, что скажет об этом судья?
Хозяин: Хорошая затрещина стоит одного скудо штрафа.
Кортезе: А сколько стоит обед, который я сьел?
Хозяин: Без двух сольди скудо.
Кортезе: Так за чем же дело стало! Дай мне скорее затрещину, а два сольди оставь себе на чай.
Хозяин: Хватит шутки шутить, синьор голодранец, плати за обед, а не то плохо придется!
Кортезе: Отнеси свой гнев в погреб, где ты хранишь свое прокисшее вино. Там твоя злость поостынет. А не то я заставлю тебя бегать.
Хозяин: То есть как это бегать?!
Кортезе: Да так. Как зайца. Или еще быстрее.
Хозяин: Тысяча чертей, не буду я бегать!
Кортезе: Клянусь кровью поросенка, которым я только что закусил, ты будешь бегать.
Хозяин: А если нет?
Кортезе: А если да?
Хозяин: А если я ни разу в жизни не бегал?
Кортезе: Ну, так побежишь в первый раз.
Хозяин: А если я не хочу?
Кортезе: Сейчас захочешь.
Хозяин: Бьюсь об заклад на стоимость твоего обеда, что я не сдвинусь с места!
(Хозяин и Кортезе ударяют по рукам. Кортезе вдруг срывается с места и убегает. Хозяин гонится за ним.)
Хозяин: Держи его, держи!
(Хозяин гоняется за Кортезе туда-сюда. Потом оба останавливаются).
Кортезе: Ну что, куманек, а ведь заклад-то выиграл я. Ты бежал побыстрее зайца. Так что не сердись, а понюхай лучше моего табачку.
(Хозяин нюхает табак и смеётся).
Дрозды и скворцы
(Появляются жених и невеста)
Она: Какой чудесный голос у этих птичек!
Он: Твой голос еще нежнее. Никакие дрозды не сравнятся с тобой.
Она: Ты хотел сказать — скворцы, правда?
Он: Конечно, скворцы, если тебе так больше нравится.
Она: Нет-нет. Раз ты говоришь, что это дрозды, пускай будут дрозды.
(Обнимаются. Исчезают. Снова появляются – как бы уже через год после свадьбы).
Он: Помнишь, какой сегодня день?
Она: Как не помнить? Ровно год со дня нашей свадьбы. Вот что. Испеку-ка я пирог, а ты пока прогуляйся.
(Она уходит. Он идёт гулять и встречает продавца птиц).
Он: Эй, птичий хозяин, что просишь за эту пару птичек?
Продавец: Шесть сольди, синьор.
Он: Два сольди.
Продавец: Берите за четыре, синьор, эти птички принесут в ваш дом счастье.
(Он берёт клетку и идёт домой).
Он: Посмотри, женушка, какой я принес тебе подарок. Не правда ли, замечательные дрозды?
Она: Замечательные. Только это не дрозды, а скворцы.
Он: Нет, дрозды!
Она: Нет, скворцы!
Он: Дрозды!
Она: Скворцы! Скворцы! Скворцы!!!
Он: Ах, раз скворцы, так пойду продам моих дроздов на базаре!
(Она вцепляется в клетку).
Она: Скворцы не твои, а мои! Ты мне их подарил.
Он: Но я подарил тебе дроздов.
(Он тянет клетку к себе. Клетка разваливается. Птички улетают).
Она: Зачем ты упустил моих скворцов!
Он: Если бы не ты, дрозды не улетели бы!
(Оба исчезают. Снова появляются. Вторая годовщина свадьбы. Он дарит ей цветы).
Она: А помнишь, как год тому назад мы поссорились из-за сущего пустяка — из-за пары скворцов?
Он: Ужасно глупая ссора. Но все-таки, дорогая женушка, то были не скворцы, а дрозды.
Она: Скворцы!
Он: Дрозды!
Она: Нет, скворцы!
Он: Нет, дрозды!
(Оба скрываются. Появляется продавец птиц).
Продавец:И всё началось сначала… Так у них и повелось: весь год живут в полном согласии, а настанет годовщина свадьбы — непременно поссорятся. Так прожили они ровно сорок лет.
(Исчезает. Появляются Он и Она – пожилые люди).
Она: Сегодня я не стану печь пирог. День такой хороший, пойдем погуляем.
(Гуляют).
Он: Отдохнем?
Она: Отдохнем… А помнишь, как перед нашей свадьбой мы слушали здесь с тобой ск... скв... птичек?
Он: Разве я могу забыть таких чудесных др... дроз... птичек!—ответил муж.
(Смотрят друг на друга. Смеются. Обнимаются).
Дурман-трава
Торговец: Ух, какая темень! Пожалуй, заночую-ка я в этой гостинице.
Хозяйка: Проходите, синьор, проходите! Ставьте свой короб вот сюда, в угол. А что у вас там?
Торговец: Ленточки, синьора. И ткани, и кружева. И булавки. И мелочи всякие.
Хозяйка: Я вам ужин сейчас подам.
(Оба скрываются. Потом хозяйка появляется снова).
Хозяйка: Короб-то, видно, полон всякой всячиной. Когда его торговец в угол ставил, пол так и задрожал. (приносит сковородку с яичницей) Какой кому прок от этого короба! Одна хозяйка ленточку купит, другая – пряжку… Весь товар и разойдётся по мелочам. А если бы это всё да в одни руки… В мои, например!
(Появляется торговец).
Торговец: О! Яичница! Прекрасно!
Хозяйка: Кушайте на здоровье.
(Торговец съедает яичницу, отдаёт сковородку хозяйке и засыпает. Появляется хозяин гостиницы).
Хозяйка: Ох, если б ты знал, чего только нет в коробе у торговца! И тебе на куртку да штаны хватило бы, а обо мне и говорить нечего! Уж я бы себе нашила платьев! Как сделать, чтобы торговец ушел, а короб остался?
Хозяин: Нет ничего проще. Подлей ему настоя дурман-травы. Кто хоть каплю этого настоя выпьет, у того память так и отшибёт. Постоялец уйдёт, а короб забудет. Вот он нам и достанется.
(Оба скрываются. Потом хозяйка пробегает с пучком травы. Потом она приходит с кружкой и будит постояльца).
Хозяйка: Проснитесь, синьор, я вам принесла стакан вина.
Торговец: Так ведь я вина не заказывал.
Хозяйка: У нас в траттории такой порядок - кто закажет яичницу, тот бесплатно получает и вино.
Торговец: Хороший у вас порядок!
(Выпивает и снова засыпает. Оба скрываются. Потом появляются хозяйка и хозяин).
Хозяйка: До седых волос дожил, а всё чужим россказням веришь и мне голову морочишь. Старый ты дурак! Скажи, что твоя дурман-трава стоит! Нет ведь короба, унёс его постоялец.
Хозяин: Ну, короб унёс, - значит, что-нибудь другое забыл. Дурман-трава своё дело непременно сделает.
Хозяйка: Да говорю тебе – ничего он не забыл!
Хозяин: Не может этого быть. Раз отвара хлебнул, должен забыть.
(Хозяйка хлопает себя по лбу).
Хозяйка: Так оно и есть!
Хозяин: Вот видишь, я прав. Что же он такое забыл?
Хозяйка: Забыл заплатить за ужин и ночлег, вот что он такое забыл!
Старик: Эй, старуха! Смотри, сколько я рыбы наловил! Ставь котелок на огонь, будем уху варить.
Старуха: Каждый день рыба да рыба! Как же она мне надоела. До смерти мне капустки хочется.
Старик: Не дури, жена! Есть рыба, и то хорошо.
Старуха: Ну, ладно, поедим и сегодня рыбы…
Старик: Мне и самому капустки до смерти хочется...
Старуха: А где ее взять! Был бы у нас огород... Вон у соседки какие кочаны на грядках сидят, большие да круглые, что поросята!
Старик: Так то у соседки! А море не огород, его не вспашешь, волны—не грядки, их не засеешь. Э, да что с тобой говорить! Пойду сети на просушку развешивать. (Старуха и старик уходят. Старик появляется).
Жалко мне мою старуху. Хоть бы раз ее капусткой побаловать. А не забраться ли мне в соседский огород? Вечер темный, кто меня там увидит…
(Уходит. Появляется старуха).
Старуха: Жалко мне моего старика. Хоть бы раз его капусткой побаловать. У соседки капуста хороша уродилась. Одним кочаном меньше, она и не заметит.
(Уходит. Потом оба снова появляются).
Старик: Я из-за тебя чуть со стыда не умер! Капусты ей, видишь, захотелось! А я, старый дурак, и отправился в чужой огород за капустой. Нагнулся кочан сорвать, гляжу—женщина над грядкой наклонилась, не иначе как хозяйка. Пустился я назад, едва меня ноги домой принесли. И все ты виновата!
Старуха: Я же у него и виновата! Да я сама от страха опомниться не могу. Зашла я в соседский огород для тебя кочан срезать, гляжу—мужчина на грядке копошится, не иначе как хозяин. Я бежать... До сих пор ноги подгибаются.
(Входит соседка).
Соседка: Каждый день у нас капуста да капуста. До смерти нам
с мужем рыбы захотелось. Не дадите ли нам на уху?
Старик: Бери, бери, сегодня хорошая макрель уловилась!
(Даёт ей рыбу).
Соседка: Не обидьте и вы нас. Принесла я вам капустки, самый лучший кочан выбрала. (Даёт им кочан капусты и уходит).
Старик: Постой, постой, жена! Ты с какой стороны зашла на огород?
Старуха: С левой.
Старик: Ну, значит, нам обоим стыд старые глаза застлал. Я-то на чужой огород справа заходил. Вот и не узнали мы друг друга. Только страху натерпелись. А чего бы проще — пойти попросить капустки. Соседка-то умнее нас оказалась!
Новая юбка
Жена: Бедная я, несчастная! Всего одна у меня юбка, драная-предраная, ношеная-переношеная.
Муж: А ты ещё одну заплатку поставь, глядишь – и ещё послужит юбка.
Жена: Да уж и так я целыми днями только и делаю, что заплатки на неё ставлю. За заплатками уже и юбки не видно. Посмотри - опять дыра на юбке! И залатать нечем.
Муж: Ну, хорошо, хоть и живём мы бедно, попробую я что-нибудь сделать.
(Оба скрываются. Потом появляется муж).
Муж: Эй, жена! Погляди-ка, что я тебе принёс! Весь заработок потратил, но купил тебе новую юбку.
(Появляется жена).
Жена: Хоть без ужина, да с обновкой!!! (Целует мужа, танцует от радости).
Муж: Ну, теперь ляжем спать, когда спишь, меньше есть хочется.
(Засыпает).
Жена: Ты спи, а я за работу примусь…
(Утро. Просыпается муж. Видит – новая юбка вся на куски изрезана, на старую юбку жена новых заплат наставила).
Муж: Что это ты наделала!!!
Жена: Спасибо тебе, муженек, все прорехи я починила да ещё вон сколько кусков осталось, на целый год хватит.
(Муж гоняется за женой и обзывает её распоследней дурой).
Буйвол и барабан
Первый шут: Эй, кум, давненько мы с тобой не виделись!
Второй шут: Как ты жил, что поделывал?
Первый шут: За это время случилось мне побывать в Неаполе.
Второй шут: Хороший город!
Первый шут: Столько я в пути всякого насмотрелся, что и удивляться перестал. А один раз все-таки удивился. Шел я, шел по дороге, вдруг вижу - барабан. Огромный-преогромный! Я его едва за три дня кругом обошел. А на барабане выстроена деревня. Когда жители этой деревни выгоняют скот на пастбище, копыта коров такую дробь выбивают, что на пятьсот миль слышно.
Второй шут: Бывает. Кое-что и я повидал. Сам знаешь, я заправский охотник. Дичи перестрелял—и не сосчитать. А однажды случилось мне убить буйвола. Вот это был буйвол! Передние его копыта упирались в вершину одной горы, а задними он стоял на другой горе. Вместо травы этот буйвол жевал вековые деревья со всеми сучьями и корнями...
Первый шут: Ну! Уж это ты приврал. Не может быть такого буйвола.
Второй шут: Как так не может быть! Ведь барабан, о котором ты рассказывал, как раз и сделан из шкуры этого буйвола.
Шестеро братьев
Первый Шут: Здравствуйте, почтеннейшая публика!
Второй Шут: Расскажем мы вам сегодня сказку!
Первый Шут: Правдивую.
Второй Шут: Да мы других и не знаем. Ну, слушайте. (первому шуту) Давай, начинай!
Первый Шут: У одного отца было шестеро сыновей.
Второй Шут: Пять глупых, а шестой дурак. Отец на них нарадоваться не мог.
Первый Шут: Вот однажды отец говорит: — Пойдите в город, купите, что понравится. Пошли братья в город. Зашли в лавку. Стали покупать.
Второй Шут: Пятеро братьев купили ружья без ствола, а шестой — без дула.
Первый Шут: Повесили ружья на плечо, пошли назад. Вдруг откуда ни возьмись бегут им навстречу шесть зайцев.
Второй Шут: У пяти зайцев ушки на макушке, а у шестого торчком.
Первый Шут: Завидев братьев, пять зайцев помчались прочь…
Второй Шут: … а шестой пустился наутек.
Первый Шут: Братья мигом вскинули ружья и прицелились.
Второй Шут: Пятеро закрыли глаза, а шестой зажмурился.
Первый Шут: Выпалили все, как один…
Второй Шут: … только пятеро промахнулись, а шестой не попал.
Первый Шут: Тогда братья бросились за зайцами вдогонку.
Второй Шут: Пятерых схватили, а шестого поймали. Вот так удача!
Первый Шут: Пришли домой. Решили зайцев…
Второй Шут: … в наперстке варить. Пять зайцев в наперстке не помещаются, а шестой не влезает.
Первый Шут: Отец сказал: «Сходите к соседям, попросите шесть кастрюль, чтобы всех зайцев сварить разом. Пошли братья к соседям.
Второй Шут: Пятеро соседей были скупые, а шестой жадный.
Первый Шут: Дали соседи что кому не жалко.
Второй Шут: Пять кастрюль дырявых, а одну без дна.
Первый Шут: Принесли братья кастрюли домой и поставили зайцев варить.
Второй Шут: Под пятью кастрюлями огонь забыли развести, а под шестой и не разжигали.
Первый Шут: Варились зайцы, варились.
Второй Шут: Пять не сварились, а шестой остался сырым.
Первый Шут: Стали зайцев есть.
Второй Шут: Пятеро братьев разжевать не могут, а шестому и не откусить.
Первый Шут: Принялись братья отца угощать.
Второй Шут: Отец пять зайцев съел, шестым подавился.
Первый Шут: Привели братья шесть докторов.
Второй Шут: Пять докторов невежды, а шестой и совсем ничего не знает.
Первый Шут: Осмотрели доктора отца и заспорили.
Второй Шут: Пятеро сказали, что он нездоров, а шестой, что болен.
Первый Шут: А чем же дело кончилось?
Второй Шут: Пока неизвестно. Доктора еще спорят. Вот как придут к согласию, тогда и дальше можно рассказывать.
Ответ папы римского
Первый шут: Здорово, кум!
Второй шут: Здорово!
Первый шут: Как живёшь?
Второй шут: Да не очень… Соседи дураком меня всё время обзывают.
Первый шут: Как? И тебя тоже? Какое совпадение…
Второй шут: Да только я ведь не дурак!
Первый шут: Так и я ж не дурак на самом деле…
Второй шут: Ну, соседи-то называют… А вдруг мы и вправду дураки?
Первый шут: Надо бы спросить у кого-нибудь!
Второй шут: У кого?
Первый шут: Да вот хоть у судьи давай спросим.
Второй шут: Э, нет. К судье я не пойду. Примерно этак с месяц назад я подал жалобу на соседа за то, что тот избил меня палкой. А судья вместо того, чтобы наказать этого негодяя, обозвал меня дураком и прогнал прочь.
Первый шут: А за что тебя бил сосед?
Второй шут: Не знаю. Это, видишь ли, мне приснилось. Я только хотел соседа спросить, за что он меня колотит, да в эту минуту проснулся. Пойдем-ка мы лучше к лавочнику. Про него говорят, будто он так умен, что самого черта перехитрит.
Первый шут: Э, к лавочнику я не пойду. Прошлое воскресенье захотел я купить себе башмаки. Дал мне лавочник башмаки. Поглядел я, они разные: у одного носок в одну сторону смотрит, а у другого - в другую. Нет, думаю, меня не проведешь. И попросил у него два одинаковых башмака. Тут лавочник говорит: «Если тебе вздумалось два левых носить, так плати и за два правых. А не хочешь, пошел вон, дурак», ну, я и пошел.
Второй шут: Что же нам делать?
Первый шут: Постой-ка! Падре в церкви говорил, что Папа римский никогда не ошибается. Давай у него и спросим!
Второй шут: Отлично придумано, кум!
(Те же и Папа).
Первый шут: Пресвятой папа, рассуди ты нас с соседями. Прозвали нас дураками, а мы не верим. Если мы и вправду дураки,— значит, дураки, а если не дураки, так вели соседям называть нас умными.
Папа: Ну что ж, рассужу. Только ты мне скажи, за что тебя в первый раз назвали дураком.
Первый шут: А вот за что. Лет пять тому назад послала меня утром мать за водой. Взял я ведро, пришел к ручью и стал наливать воду палкой. Окуну палку — стряхну капельку, окуну палку — стряхну капельку. До самого вечера набирал воду, а ведро все еще не полное. Тут прибежала мать и изругала меня дураком. Ну, а соседи и услыхали. С тех пор и пошло: дурак да дурак! А что же мне было — пальцем наливать? Да я бы его в холодной воде совсем заморозил.
Папа: А тебя за что в первый раз дураком назвали?
Второй шут: Э, такой пустяк и вспоминать неохота. Послала меня бабушка в погреб за кувшином молока. Отправился я, да дверца там оказалась низкая. Весь прохожу, а голова не проходит. Я попросил бабушку двери в погребе повыше сделать. А она вместо этого обозвала меня дураком. С того и пошло.
(Папа даёт дуракам шкатулку).
Папа: Вот вам мой ответ. Не заглядывайте в шкатулку, пока не вернетесь домой. Но знайте: если упустите ответ—значит, вы последние дураки.
(Все уходят. Дураки снова появляются).
Первый шут: Тааак, сейчас посмотрим!
Второй шут: Если выскочит, лови его скорей!
(Дураки открывают шкатулку, что-то непонятное выскакивает, они пытаются это поймать, но не преуспевают).
Первый шут: Слушай-ка, какой же это ответ? Это, кажется, мышь.
Второй шут: Мышь? Вот уж не знаю. Я никогда мыши не видал. А ты?
Первый шут: Я видал. Она маленькая, серенькая, с хвостиком и сзади у нее кошка.
Второй шут: А тут маленькое было, серенькое было и хвостик был. А кошки не было. Выходит, это не мышь.
Первый шут: Ничего не поделаешь. Упустили мы ответ папы римского.
Второй шут: Значит, мы и вправду дураки.
Как монах спасал свои уши
Жена: Послушай, до каких пор это будет продолжаться! Стоит мне приготовить что-нибудь повкуснее, как ты выскакиваешь на улицу и тащишь первого попавшегося прохожего за стол.
Муж: Такой уж я человек. Без разговоров и шуток мне кусок в горло не лезет.
Жена: А мне от обеда только обглоданные косточки достаются. Одними шутками сыт не будешь!
Муж: Дорогая женушка, разве я виноват, что ты такая хорошая хозяйка? Мне всему свету хочется показать, как ты чудесно стряпаешь.
Жена: (доставая клетку с птичками) Сегодня, пожалуйста, никого не зови. Перепелов только два, как раз нам с тобой. Сейчас я их распотрошу, наточи мне нож поострее.
Муж: Хорошо, женушка, будь по-твоему, никого не позову.
(Муж уходит. Возвращается с монахом).
Займи, женушка, падре достойной беседой, пока я доточу нож.
(Снова уходит).
Жена: Ах, падре, страшно и подумать, что сейчас вы лишитесь лучшего вашего украшения. Вы знаете, зачем этот злодей точит нож? Он зазывает невинных людей в дом, отрезает им уши, жарит и ест.
(Монах в ужасе убегает).
Муж: Что с ним случилось?
Жена: С ним-то ничего не случилось, зато перепела наши улетели. Унес их с собой монах, даже спасибо не сказал.
(Муж бросается догонять монаха).
Муж: Эй, падре, разве это по-честному! Зачем тебе одному два? Отдай хоть штучку!
Монах: Не отдам! Они мне самому нужны!
Муж: Послушай, падре, я помирюсь хоть на половинке!
(Муж возвращается к жене).
Жена: Зажарю-ка я перепелов и съем всё одна, до последней косточки!
Муж: С тех пор я зову к обеду только добрых друзей, да и то по праздникам.
Эй, вводи лошадь!
(Появляются молодожёны – Розина и Петруччо)
Петруччо: Теперь мы с тобой, Розина, хорошо заживем! Я буду работать, ты хозяйничать. Работы я не боюсь. Хоть с рассвета до темна прикажи мне лошадь погонять — и то ничего. Но уж зато как приеду домой-баста! Все остальное твое дело. Только остановлю повозку у ворот да крикну: «Эй, вводи лошадь!»—ты скорее выбегай.
Розина: Вот еще! Стану я с лошадью возиться.
Петруччо: Как же с ней не возиться, ведь ее распрячь, накормить, напоить нужно! Так вот, только я крикну: «Эй, вводи лошадь!..»
Розина: Да говорю тебе, что я к лошади и не притронусь. Не этому меня в доме у отца с матерью обучали.
Петруччо: Ты не беспокойся, я тебя всему обучу. Введешь ты во двор лошадь.
Розина: Не введу!
Петруччо: То есть как это не введешь, если я крикнул: «Эй, вводи!..»
Розина: Ты крикнешь, а я ни с места.
Петруччо: Ох, Розина, не серди меня, лучше введи лошадь.
Розина: Не введу!
Петруччо: Вводи сейчас же!
Розина: Не введу!
(Прибегает сосед).
Сосед: Что это у вас делается? Из-за чего спор?
Петруччо: Да вот жена не хочет мне помогать. Я ей говорю: «Введи лошадь», а она говорит: «Не введу...»
Сосед: И не стыдно вам из-за этого ссориться? Давайте я введу вашу лошадь. Где она у тебя?
Петруччо: Да видите ли, пока еще лошади у нас нет. Я ее только собираюсь купить. (жене): Вводи!
Розина: Не введу!
Как Кортезе заплатил за обед
Кортезе: Отличная траттория! Неплохо бы здесь перекусить.
Хозяин: Проходите, синьор, проходите! Что будете заказывать?
Кортезе: Пожалуй, принесите мне… спагетти, голубей в соусе, жареного поросенка, бутылку белого вина и бутылку красного вина.
Хозяин: Будет исполнено, уважаемый синьор!
(Хозяин уходит, Кортезе нюхает табак, чихает. Хозяин приносит сковородку с яичницей и кружку чего-то непонятного. Кортезе всё съедает и выпивает).
Кортезе: Эй, хозяин!
Хозяин: Чего ещё изволите?
Кортезе: Не знаешь ли, любезный, какие порядки в ваших краях? Если один человек даст другому хорошую затрещину, что скажет об этом судья?
Хозяин: Хорошая затрещина стоит одного скудо штрафа.
Кортезе: А сколько стоит обед, который я сьел?
Хозяин: Без двух сольди скудо.
Кортезе: Так за чем же дело стало! Дай мне скорее затрещину, а два сольди оставь себе на чай.
Хозяин: Хватит шутки шутить, синьор голодранец, плати за обед, а не то плохо придется!
Кортезе: Отнеси свой гнев в погреб, где ты хранишь свое прокисшее вино. Там твоя злость поостынет. А не то я заставлю тебя бегать.
Хозяин: То есть как это бегать?!
Кортезе: Да так. Как зайца. Или еще быстрее.
Хозяин: Тысяча чертей, не буду я бегать!
Кортезе: Клянусь кровью поросенка, которым я только что закусил, ты будешь бегать.
Хозяин: А если нет?
Кортезе: А если да?
Хозяин: А если я ни разу в жизни не бегал?
Кортезе: Ну, так побежишь в первый раз.
Хозяин: А если я не хочу?
Кортезе: Сейчас захочешь.
Хозяин: Бьюсь об заклад на стоимость твоего обеда, что я не сдвинусь с места!
(Хозяин и Кортезе ударяют по рукам. Кортезе вдруг срывается с места и убегает. Хозяин гонится за ним.)
Хозяин: Держи его, держи!
(Хозяин гоняется за Кортезе туда-сюда. Потом оба останавливаются).
Кортезе: Ну что, куманек, а ведь заклад-то выиграл я. Ты бежал побыстрее зайца. Так что не сердись, а понюхай лучше моего табачку.
(Хозяин нюхает табак и смеётся).
Дрозды и скворцы
(Появляются жених и невеста)
Она: Какой чудесный голос у этих птичек!
Он: Твой голос еще нежнее. Никакие дрозды не сравнятся с тобой.
Она: Ты хотел сказать — скворцы, правда?
Он: Конечно, скворцы, если тебе так больше нравится.
Она: Нет-нет. Раз ты говоришь, что это дрозды, пускай будут дрозды.
(Обнимаются. Исчезают. Снова появляются – как бы уже через год после свадьбы).
Он: Помнишь, какой сегодня день?
Она: Как не помнить? Ровно год со дня нашей свадьбы. Вот что. Испеку-ка я пирог, а ты пока прогуляйся.
(Она уходит. Он идёт гулять и встречает продавца птиц).
Он: Эй, птичий хозяин, что просишь за эту пару птичек?
Продавец: Шесть сольди, синьор.
Он: Два сольди.
Продавец: Берите за четыре, синьор, эти птички принесут в ваш дом счастье.
(Он берёт клетку и идёт домой).
Он: Посмотри, женушка, какой я принес тебе подарок. Не правда ли, замечательные дрозды?
Она: Замечательные. Только это не дрозды, а скворцы.
Он: Нет, дрозды!
Она: Нет, скворцы!
Он: Дрозды!
Она: Скворцы! Скворцы! Скворцы!!!
Он: Ах, раз скворцы, так пойду продам моих дроздов на базаре!
(Она вцепляется в клетку).
Она: Скворцы не твои, а мои! Ты мне их подарил.
Он: Но я подарил тебе дроздов.
(Он тянет клетку к себе. Клетка разваливается. Птички улетают).
Она: Зачем ты упустил моих скворцов!
Он: Если бы не ты, дрозды не улетели бы!
(Оба исчезают. Снова появляются. Вторая годовщина свадьбы. Он дарит ей цветы).
Она: А помнишь, как год тому назад мы поссорились из-за сущего пустяка — из-за пары скворцов?
Он: Ужасно глупая ссора. Но все-таки, дорогая женушка, то были не скворцы, а дрозды.
Она: Скворцы!
Он: Дрозды!
Она: Нет, скворцы!
Он: Нет, дрозды!
(Оба скрываются. Появляется продавец птиц).
Продавец:И всё началось сначала… Так у них и повелось: весь год живут в полном согласии, а настанет годовщина свадьбы — непременно поссорятся. Так прожили они ровно сорок лет.
(Исчезает. Появляются Он и Она – пожилые люди).
Она: Сегодня я не стану печь пирог. День такой хороший, пойдем погуляем.
(Гуляют).
Он: Отдохнем?
Она: Отдохнем… А помнишь, как перед нашей свадьбой мы слушали здесь с тобой ск... скв... птичек?
Он: Разве я могу забыть таких чудесных др... дроз... птичек!—ответил муж.
(Смотрят друг на друга. Смеются. Обнимаются).
Дурман-трава
Торговец: Ух, какая темень! Пожалуй, заночую-ка я в этой гостинице.
Хозяйка: Проходите, синьор, проходите! Ставьте свой короб вот сюда, в угол. А что у вас там?
Торговец: Ленточки, синьора. И ткани, и кружева. И булавки. И мелочи всякие.
Хозяйка: Я вам ужин сейчас подам.
(Оба скрываются. Потом хозяйка появляется снова).
Хозяйка: Короб-то, видно, полон всякой всячиной. Когда его торговец в угол ставил, пол так и задрожал. (приносит сковородку с яичницей) Какой кому прок от этого короба! Одна хозяйка ленточку купит, другая – пряжку… Весь товар и разойдётся по мелочам. А если бы это всё да в одни руки… В мои, например!
(Появляется торговец).
Торговец: О! Яичница! Прекрасно!
Хозяйка: Кушайте на здоровье.
(Торговец съедает яичницу, отдаёт сковородку хозяйке и засыпает. Появляется хозяин гостиницы).
Хозяйка: Ох, если б ты знал, чего только нет в коробе у торговца! И тебе на куртку да штаны хватило бы, а обо мне и говорить нечего! Уж я бы себе нашила платьев! Как сделать, чтобы торговец ушел, а короб остался?
Хозяин: Нет ничего проще. Подлей ему настоя дурман-травы. Кто хоть каплю этого настоя выпьет, у того память так и отшибёт. Постоялец уйдёт, а короб забудет. Вот он нам и достанется.
(Оба скрываются. Потом хозяйка пробегает с пучком травы. Потом она приходит с кружкой и будит постояльца).
Хозяйка: Проснитесь, синьор, я вам принесла стакан вина.
Торговец: Так ведь я вина не заказывал.
Хозяйка: У нас в траттории такой порядок - кто закажет яичницу, тот бесплатно получает и вино.
Торговец: Хороший у вас порядок!
(Выпивает и снова засыпает. Оба скрываются. Потом появляются хозяйка и хозяин).
Хозяйка: До седых волос дожил, а всё чужим россказням веришь и мне голову морочишь. Старый ты дурак! Скажи, что твоя дурман-трава стоит! Нет ведь короба, унёс его постоялец.
Хозяин: Ну, короб унёс, - значит, что-нибудь другое забыл. Дурман-трава своё дело непременно сделает.
Хозяйка: Да говорю тебе – ничего он не забыл!
Хозяин: Не может этого быть. Раз отвара хлебнул, должен забыть.
(Хозяйка хлопает себя по лбу).
Хозяйка: Так оно и есть!
Хозяин: Вот видишь, я прав. Что же он такое забыл?
Хозяйка: Забыл заплатить за ужин и ночлег, вот что он такое забыл!
